Компьютеры
10 апреля 2001, 00:33

Hot surface, или Некоторые любят погорячей

Евгений Козловский излагает в своем фирменном стиле, как он апгрейдился до Pentium 4 — масса перепробованного железа и житейских впечатлений.

Все началось с предновогоднего десятилетнего юбилея «Пирита», отмеченного в «Метрополе» с роскошью, свидетельствующей об успешной деятельности компании (с чем я ее запоздало поздравляю). Между вторым и четвертым бокалом шампанского Саша Гуккин, один из хозяев «Пирита», подвел ко мне очень европеизированного китайца, представил как Алекса Кима из тайваньской ASUSTeK Computer и оставил нас вдвоем. Алекс, удивительно хорошо говорящий по-русски, напомнил мне о двухлетней давности «Огороде», где я написал, что столкнулся с неразрешимыми SCSI-проблемами очередной асусовской материнской платы, отказался от нее и перешел на чейнтековскую 6BTM. «Так вот, — сказал Алекс, — ты тогда был прав, но «Асус» с тех пор сделала несколько совершенно совершенных плат, и не согласился ли бы ты попробовать одну и, если понравится и захочешь на нее перейти, — написать об этом в журнале?..»

12030

Сказать честно, я уж и про тот «Огород» забыл, и даже забыл, какая мама стоит у меня в компьютере, — ну, не то чтобы забыл вообще, но, года два не занимаясь ее апгрейдом, привык к ней, как к окружающему воздуху. А что? — все вроде нормально работало, скорости третьего «Пентиума» (500 МГц, разогнанные через шину до 560) хватало на всё, что от скорости процессора зависело: 3D-объектов я не моделирую, сложных уравнений не решаю, а Word все равно работает быстрее моих пальцев… Однако — юбилей, русифицированный тайванец, шампанское… Короче, твердости отказать — не хватило. Но предчувствие было, было! Впрочем, обо всем по порядку, а тут только скажу для г-на Кима, что и впрямь снова работаю на материнской плате от «Асус», правда, не на той, что он предлагал, а на следующей, которой тогда еще не было…

Оттягивал я предстоящий апгрейд, сколько мог, а когда уже неприлично стало, поехал в «Пирит» за мамой. Мне выдали на тот момент свеженькую, на 815-м чипсете и с интегрированным видео маму под именем CUSL-2 (в народе, слышал, она ласково зовется — по созвучию — сусликом). Я глянул на нее и… ужаснулся тому, как сильно отстал: вместо слота — сокет, вместо двух беленьких IDE-разъемов — один беленький, а другой — синенький, под ATA-100! ISA-слотов нет вообще, зато есть какой-то для меня новый — CNR. Выходные колодки расцвечены, как детальки «Лего», — все это согласно спецификации PC98. Итак, поскольку только PCI, мой десятидолларовый портовый репликатор, прослуживший верой-правдой лет пять, ставить некуда и надо искать PCI’ный (нашелся, хоть и не сразу, и стоил впятеро). Поскольку ATA/100 — как-то неприлично, бессмысленно и обидно подключать туда мой ATA/66-винчестер (пришлось проапгрейдить на такой же IBM’овский, но с ATA/100 (спасибо fLAKE, да еще и прикупить добавочный, от Western Digital, тоже АТА-сотый: чтоб было куда резервировать систему при смене мам, пап, братьев и сестер. Поскольку поддерживается 133-мегагерцовая шина, — надо и память ставить соответствующую; пришлось ехать в IPLabs с просьбой, в которой в который раз мне не отказали и там. Ну и наконец, — не переходники же под процессор ставить: некрасиво, громоздко, надежно ли? — пришлось поменять и процессор на 733-й «Копермайн». Единственно: менять свой Matrox G400 на что-нибудь игровое, игривое, я планировать не стал (недавно — по совету Романа Косячкова — поменял, снова во fLAKE, на G450, но что-то он у меня все время мигает; может, потому, что впервые на карточке этой фирмы увидел не «сделано в Ирландии», а «сделано в Китае»?), поскольку полигоны не считаю, зато очень придирчив к качеству буковок на экране. (Забегая вперед, скажу, что, когда не удалось реализовать функцию включения компьютера с клавиатуры и разного рода засыпаний, я погрешил на слабую мощность блока питания, и пришлось заодно проапгрейдить и корпус, — правда, включаться с клавиатуры компьютер не начал, засыпать не научился точнее — просыпаться после сна, да и устарел новенький корпус буквально через месяц, не успев еще перестать пахнуть краской, поскольку четвертый «Пентиум» требует добавочной разводки питания; впрочем, работает пока и на старой…)

День звонков, два дня разъездов по Москве — и весь нужный Лего-набор собрался в комнате. Еще два часа работы отверткой — и обновленный компьютер включен в сеть. Между частотой 560 МГц и 733 МГц (даже когда я подогнал последнюю ближе к 800) разницы я никакой не заметил, — что естественно, — но вот ATA/100 явно подхлестнул машину. Мама тоже вроде не глючила (если исключить вышеупомянутое засыпание-просыпание и включение с клавиатуры). Но вот инфракрасный порт!.. Я так привык, что он у меня есть, и многое устроил под него: обмен данными с мобильником, синхронизацию с «Палмом» и, наконец, печать на лазернике: можно к IR-приемнику ноутбук поднести, свой или жены, можно тот же «Палм»… На новой же маме IR работать отказывался. То есть не совсем так: он опознавался, софт устанавливался, устройства виделись, но… на секунду. Потом — исчезали. Потом — через секунду — появлялись снова… И так далее, в режиме звонка. Естественно, что в таком режиме ни о каких связи-обмене речи идти не могло. «Ага! Штука знакомая! — решил я. — Мы с этим делом уже сталкивались!» — как-то, после загрузки очередной версии BIOS на 6BTM, мой инфрарэд повел себя ровно так же; отчаявшись разобраться, я позвонил Сереже Леонову, и он присоветовал посмотреть в BIOS Setup IR-режим: он и впрямь сбросился в Full-duplex вместо положенного Half-duplex’а, я переключил режим назад, и всё заработало, как прежде. Но, увы! — у «суслика» никакого переключателя режима не было!

Ужасно обескураживает, когда вдруг приходится отказаться от привычных удобств. Я решил, что устарел текрамовский IR-приемопередатчик или как-нибудь не так распаяна гребенка на маме (для простых IR-приемопередатчиков там используется половина контактов-гвоздиков, но можно подключить и специальный асусовский блок, которого, увы, в Москве я не нашел, а когда один такой появился в «Пирите», оказалось, что там реализованы все функции наблюдения за состоянием мамы, но вот инфрарэда пока нет!), — и снова сел за телефон, а потом и за руль.

12031

Привез-перепробовал еще четыре модели: две — на маму, две — на COM-порт, — и все это с равным, вышеописанным, успехом. (На всякий случай я подключал каждое из вновь привезенных устройств к компьютеру сына, собранному на чайнтековской двухпроцессорной маме, — там всё заводилось на раз!) Тогда я написал письмо Алексу на Тайвань, но ничего вразумительного в ответ, увы, не получил. Кроме совета попробовать следующую маму, которая вот-вот, не сегодня-завтра, окажется в «Пирите». Оказалась. CUSL2-C. Сведущие люди объяснили мне, что это ровно тот же CUSL2, только без интегрированного видеоадаптера и каких-то не принципиальных мелочей, — но у меня была надежда, что, коль мама поновее, в ней, может, поправили BIOS и внесли туда переключатель с полного дуплекса на половинный. С благословения «Асуса» мой «суслик» переехал к Башилову — для экспериментов со случайными числами, позже описанных в «Компьютерре» (см. «Тихой сапой», «КТ» #385), а я поставил «суслика-с». Ровно та же картина. Поневоле пришлось перестраивать жизнь: жена стала носить файлы для распечатки на дискете, принтер вернулся к традиционному LPT, база мобильника существует сейчас только на ноутбуке, а «Палм»… Цепляться к новым, PCI-реплицированным портам он почему-то не захотел (в отличие, скажем, от модема или UPS’а), а, посаженный на первый COM, стал вызывать зависание системы, от которого, когда везет, удается избавиться, нажав комбинацию из трех клавиш и выгрузив невнятную для меня программу Msgsrv32, охарактеризованную «Микрософтом» как Windows 32-bit VxD Message Server. (Попытка исключить этот самый месседж-сервер из системы при загрузке приводила исключительно к прекращению этой самой загрузки.)

Однако вернуться к старой доброй 6BTM уже оказалось невозможным: поменяно было буквально все! Пришлось мириться и ворчать на «Асус». И, естественно, не торопиться сообщать миру и Риму, что я вернулся в его объятия, изменив «Чейнтеку».

Переписка с Тайбеем тем временем тлела, и ее результатом стало предложение попробовать еще одну маму из последних, на чипсете от VIA: вдруг глюки с инфрарэдом и «Палмом» произошли от сырости 815-го интелловского чипсета. Ладно, хоть раньше с VIA экспериментировать опасался, тут уж терять было нечего. Разобрал. Собрал. Включил. BIOS — тот же, так что переключателя режимов нет и тут. И инфрарэд — уже традиционно — не работает. Вернее, работает: в режиме звонка. Надежда угасла. В остальном все мало отличается от предыдущего, только COM-порт начал вести себя по-человечески и с месседж-сервером уже не конфликтовал.

Но мечту о совершенстве убить невозможно! Неужели и на новом, вышедшем, пока я экспериментировал с предыдущими, чипсете, на 850-м, — неужели и там та же ошибка с IR? Асусовская P4T к тому времени до Москвы уже дошла, а процессор Р4 с неизвестной частотой (подаренный «Интелом», вероятно, в знак признания особых заслуг выражаю взаимную признательность, он был промаркирован как сэмпл) лежал в столе добрые полгода и, из-за отсутствия поначалу свободного выбора соответствующих мам, а позже (и до сих пор) — проблем с рамбусовой памятью, я уже подумывал: не устроить ли его в рамочку под стекло и не повесить ли на стену для украшения интерьера? Согласитесь, клево получилось бы!

12032

Обменяв обе последние мамы плюс обмененные в IPLabs мегабайты PC-133 плюс 733-й «Копермайн» на одну P4T (особо удивило — приятно — наличие специальной двухслойной подложки-экрана и соответственной расположению приподнятой мамы задней заглушки с отверстиями под порты и пр.) и равное количество RDRAM и приобретя через Интернет специальный вентилятор, я приступил к очередному эксперименту, заручившись заверениями уже пробовавших экспертов, что отсутствие двух дополнительных хвостов питания к трагедии не приведет. И впрямь: не привело. Компьютер завелся, хотя память отказывалась проходить проверку на четность, и эту проверку пришлось отключить. В общем, все заработало, но память время от времени глючила: то ошибка загрузки himem.sys, то вылет системы, то еще что-нибудь в этом роде. Хрупалов не поверил: «„Рамбас“, — сказал, — вещь новая и штучная и битой быть не может, потому что не может быть никогда!» Действительно: не прошло и двух дней, как проблемы с памятью исчезли, и я стал подгонять процессор, сначала выставив ему коэффициент умножения 16 (17 на этой маме нет), а потом и подтянув шину со 100 до 105 (получалось, что процессор стал 1,68-гигагерцовым, а память заработала на частоте 420) 1. И вдруг, день где-то на третий нормальной работы, я обратил внимание, что при загрузке, на начальном черном экране, прописывается не 256 Мбайт памяти, как было вставлено, а 224! 32 битых мега отъело неизвестно что, но оставшиеся заработали идеально. Я гонял разные тесты, даже такие, где можно объем памяти вводить вручную, — только 224! Так я до сих пор, хоть многих и расспросил, не понял: это свойство отключать сбойные модули органично ли присуще «рамбасу» или просто произошел некий неизвестный науке казус… Кто знает, — напишите, пожалуйста.

Вообще говоря, этих самых 224 мегов для работы мне хватало вполне, но… эта вот страсть к совершенству плюс опаска, — а ну как очередные модули начнут отпадать по 32 Мбайт в неделю, — заставили меня снова дергать «Пирит» и искать замену, что, вообще говоря, оказалось непросто. Однако получилось, и — после замены — на экране снова замелькала правильная цифра, а с четностью все оказалось в полном порядке.

Конечно, удвоение частоты работы процессора и почти учетверение — памяти незамеченными пользовательским глазом не остались, но сказать, чтобы я стал больше успевать делать на компьютере за единицу времени, чем прежде, — положа руку на сердце, не могу. То есть, как написал недавно в колонке Левенчук (см. «Бутикизация: число гигагерц и пуговиц имеет значение», «КТ» #389), удовольствие я получал чисто бутиковское, распальцованное. Правда, жду сейчас новых программ, оптимизированных под Р4, но подозреваю, что вряд ли они попадут в центр мишени моих повседневных потребностей. Однако — ну уж-жасно приятно видеть эти цифры при загрузке: 1,68, 420… И что предельная допустимая температура процессора — 100 градусов, а на радиаторах, прикрывающих одну из сторон модулей «рамбаса», написано: «Warning! Hot surface!» 2 Короче: некоторые любят погорячей!

Самое смешное (и в глубине души — ожидавшееся), что и IR повел себя как прежде, и COM с «Палмом» — как в двух первых вариантах. Вроде бы смириться и успокоиться, — но меня уже заело. И я стал обзванивать знакомых продавцов: не появилось ли чего новенького под Р4 у других производителей. Чейнтековцы сказали, что в Москве пока ничего нет, но они специально для меня закажут и где-нибудь через месяц передадут, а в BESM-2000, с которым я уже второй год общаюсь по поводу цифровиков и который занимается микростаровскими мамами, мне сказали, что такую вот, микростаровскую, готовы предоставить мне через пару дней: буквально в день моего звонка продали последнюю, а новая партия еще не пришла.

Действительно: не минуло и трех дней, как мама 850 Pro (MS-6339) от MSI была у меня дома. Я старательно скопировал весь каталог Windows 98 на резервное место, вновь разобрал компьютер и вновь его на новой маме собрал. Для начала, естественно, заглянул в BIOS Setup. Увы, возможностей для тонкой настройки разгона процессора и шины не было (был, правда, коэффициент 17, на котором процессор работать отказался), зато настроек IR-порта было хоть отбавляй, по преимуществу — непонятных (а и в Help’е BIOS, и в сопровождающем маму User Guide — в отличие от асусовского — объяснения выглядели так: «переключатель с А на Б: переключает с А на Б»). Но испробовал я их все, а результат оказался ровно тем же: звоночным. Так что half-full-дуплексы — во всяком случае здесь — оказались ни при чем. Сама же мама работала явно медленнее, по сумме, мне показалось, едва ли не на десять процентов (разные тесты дают разные результаты, это общеизвестно) и вешала систему приблизительно раз в два часа. Так что я, от души поблагодарив господ из BESM-2000, все же решил вернуться к P4T, предварительно снова испробовав еще четыре IR-устройства (столь же безуспешно).

После отката преимущества скорости и устойчивости P4T засияли еще ярче, компьютер без перезагрузок работает и сутки, и больше, так что всем, кому IR не принципиален, я с чистой совестью могу P4T порекомендовать. Ну, во всяком случае, мой конкретный экземпляр.

С инфрарэдом же жду результатов последнего эксперимента: я запросил с Тайваня фирменное, асусовское IR-устройство. Если с ним все заработает, я слегка пожурю производителей за несовместимость, но слегка: очень многие, начиная с Sony и Olympus’а, Epson’а и Hewlett-Packard’а, имеют ровно ту же привычку. Если же и с ним не заработает…

На закуску — загадка. Как я написал выше, прежде чем поменять P4T на MS-6339, я байт в байт скопировал весь каталог Windows 98 в отдельное безопасное место. Потом, при откате, вставил ровно те же самые платы расширения в ровно те же самые слоты (было зарисовано, да я и так их помню), скопировал Windows 98 назад, на совсем пустое место, запустился и… повис. С трудом разобрался, что Sound Blaster неразрешимо конфликтует с самыми системными, нулевыми, прерываниями и верхними адресами памяти. Что изменилось? Ну просто ума не приложу! Даже в BIOS поддержка плаг-энд-плэйной ОС была отключена. Снова позвонил Леонову. Он посоветовал вытащить пару-тройку плат расширения, а потом добавлять их по одной. Сработало. Прерывания легли бесконфликтно.

Но почему это не произошло сразу? Что изменилось? На это не ответил ни Леонов, ни кто другой.

Есть идеи?


1 (обратно к тексту) — У меня на компьютере есть еще одна система, те же Windows 98, но легенькие, почти не загруженные резидентными и прочими программами: там компьютер легко работает и на частоте 1,74; а вот на основной, тяжелой, — работает тоже, только выдает табличку об ошибке в чтении реестра. Впрочем, я отдаю себе отчет, что все эти разгоны — не более чем спорт и своего рода тоже (см. ниже) бутиковость.
2 (обратно к тексту) — Внимание! Горячая поверхность.